Данная рубрика — это не лента всех-всех-всех рецензий, опубликованных на Фантлабе. Мы отбираем только лучшие из рецензий для публикации здесь. Если вы хотите писать в данную рубрику, обратитесь к модераторам.
Помните, что Ваш критический текст должен соответствовать минимальным требованиям данной рубрики:
рецензия должна быть на профильное (фантастическое) произведение,
объём не менее 2000 символов без пробелов,
в тексте должен быть анализ, а не только пересказ сюжета и личное мнение нравится/не нравится (это должна быть рецензия, а не отзыв),
рецензия должна быть грамотно написана хорошим русским языком,
при оформлении рецензии обязательно должна быть обложка издания и ссылка на нашу базу (можно по клику на обложке)
Классическая рецензия включает следующие важные пункты:
1) Краткие библиографические сведения о книге;
2) Смысл названия книги;
3) Краткая информация о содержании и о сюжете;
4) Критическая оценка произведения по филологическим параметрам, таким как: особенности сюжета и композиции; индивидуальный язык и стиль писателя, др.;
5) Основной посыл рецензии (оценка книги по внефилологическим, общественно значимым параметрам, к примеру — актуальность, достоверность, историчность и т. д.; увязывание частных проблем с общекультурными);
6) Определение места рецензируемого произведения в общем литературном ряду (в ближайшей жанровой подгруппе, и т. д.).
Три кита, на которых стоит рецензия: о чем, как, для кого. Она информирует, она оценивает, она вводит отдельный текст в контекст общества в целом.
Модераторы рубрики оставляют за собой право отказать в появлении в рубрике той или иной рецензии с объяснением причин отказа.
Главное ощущение после прочтения «Чертежа Ньютона» Александра Иличевского: противоречиво и неоднозначно. То есть, конечно, перед нами образец того, что критики называют «большой литературой». В конце концов, не просто так этот роман в 2020 году занял первое место на премии «Большая книга». Тут и темы глобальные поднимаются, и копает автор глубоко, и написано с точки зрения стиля весьма и весьма хорошо. С другой стороны, в финале возникает впечатление, что вот поговорил с начитанным человеком, неглупым, способным поразить широтой взглядов, но от беседы этой в голове возникла какая-то противоестественная пустота. Во многом это может быть связано с тем, что «Чертежу Ньютона» отчаянно не хватает живых персонажей, скажем так, живости самой по себе. И это учитывая, что личная история героя-рассказчика занимает вполне себе объемную часть повествования, более половины текста, если уж на то пошло.
Перед нами роман-травелог: главного героя мотает по США, Гималаям и Израилю с редкими заездами в Москву. Ездит он по миру не развлечения ради, он – известный физик, потому то на конференции, то на исследовательскую станцию, вот в таком вот духе. Но в Иерусалим герой едет потому, что проживающий там его отец вдруг взял да и исчез. Но даже поиски отца приводят героя к науке, к тому, что его больше всего занимает, к разгадке «проблемы темной материи». Все это надо читать гораздо шире: герой ищет Бога. А чтобы читатель точно в этом не усомнился, Иличевский не поленился оснастить свой роман атрибутикой магического реализма: главный герой – и не только он – видит всевозможных духов, не особо их боится, включает в свою систему координат, вполне нормально с ними сосуществует. Кажется, здесь в текст может ворваться эзотерика самого пошлого характера, но у Иличевского хватает чувства вкуса не идти по стопам Карлоса Кастанеды или Николая Рериха в том виде, который мы можем обнаружить у ревнителей их идей. На страницах «Чертежа Ньютона» вполне гармонично соседствуют поэтичные описания природы, путевые анекдоты, биографические очерки и воспоминания героя о своей семье и – в первую очередь – об отце. Несмотря на определенную фрагментарность, нет ощущения разрозненности, вполне себе цельный роман. Хотя некоторые эпизоды, пожалуй, выписаны с большим чувством, чем весь остальной текст. В этом отношении лучше всего вышли эпизоды о жизни андеграундной колонии в Лифте: тема интересная, образы запоминающиеся, ток жизни бойкий, про все это хотелось бы получить отдельный роман, или хотя бы повесть. Иличевский же ограничивается примерно полусотней страниц. И на том «спасибо».
При всем этом разнообразии материала, при всей этой смене ландшафтов «Чертеж Ньютона» сводится к исследованию взаимоотношений сына и отца (именно так: роман-то написан от лица сына, пусть тот и успел уже стать отцом). Параллель между поиском Бога и отца в данном ключе выглядит столь очевидной, что и говорить-то о ней скучно, хотя есть тут один любопытный нюанс. Бога герой ищет, прежде всего, у себя в голове, а вот отца ногами по всем израильским пустыням. Ментальное пространство таким образом приравнивается с физическому, а это в свою очередь смещает систему координат всего романа. А тут еще и духи всякие кишмя кишат… С другой стороны, рассказчик много говорит о своем отце с чисто биографической точки зрения. Его фигура предстает перед читателем во всей своей противоречивости и со всей тонко прописанной нюансировкой нависает над героем, текстом, миром, в конце концов. Опять же здесь не избежать все той же параллели с Богом, но и опять же это не интересно. А интересно то, как Иличевский демонстрирует, что рассказчик со всеми своими идеями, желаниями и устремлениями вырастает из личной истории своего отца. И жену он получает практически в наследство, и профессиональные интересы, по сути, проистекают из мировоззрения папаши, да и модель этакого странствующего паломника – оттуда же. Мы привыкли к тому, что отцы и дети спорят, это считается как бы естественным, такова уж людская природа. У Иличевского спора этого и нет, зато показано, как все мы зависим на всех планах от своих родителей, хотим того или же нет. Пожалуй, тут-то и таится главный нерв романа. Но он лишен всякого пафоса. Просто констатация факта, наблюдение, прежде всего, ученого. К счастью, Иличевский снова проявляет завидное чувство вкуса, учитывая, как эта тема может звучать сегодня, когда так много говорят о разорванности поколений и невозможности навести между ними мосты.
Вот и получается, что уже в середине романа можно легко догадаться, чем же закончится квест героя. Сюрпризов не будет.
Все это вполне может показаться и громоздким, и утомительным, отсюда и пустота в голове после прочтения романа, о которой было написано в самом начале этого текста. Автор был говорлив и тем самым утомил, пусть и блестяще справился с формой. Но имеется в «Чертеже Ньютона» еще кое-что – кроме всех этих философских игр, – а именно, Иерусалим. В художественной литературе есть почтенная традиция книг, в которых главным героем выступает город, где разворачиваются события. Не счесть романов про Москву, Санкт-Петербург, Лондон, Париж, Рим. И далее – в бесконечность. Иерусалим, конечно, тоже становился таким героем. В этом отношении «Чертеж Ньютона» роман не только про поиски отца, Бога и прочего, но еще и про него, про Иерусалим. Автора интересует и прошлое города, и его настоящее, заглядывает он и в его будущее. Сравнивая Иерусалим с книгой, он листает страницы археологических слоев, на чем-то останавливается, что-то торопливо пробегает. Но одно остается всегда в фокусе авторского внимания: то, как библейское не просто таится в памяти Иерусалима, оно как бы определяет всю его историю. Портрет города тут такой четкий, такой конкретный, но при этом пронизанный мистикой, что у читателя может создаться ощущение долгой-долгой прогулки по всем его улицам, площадям, скверам и переулкам. Потому можно сказать, что роман Иличевского представляет собой еще и идеальный путеводитель по Иерусалиму. Для кого-то, думается, в этом и обнаружится самая главная прелесть «Чертежа Ньютона». Автор данного текста явно из их числа.
Врут, врут и не краснеют. Или вот уж точно — не договаривают. На задней стороне обложки «TRANSHUMANISM-а INC.» написано: «Если вы не читали Виктора Пелевина, этот невероятный роман — ваша дверь в его вселенную». Ага, ага. Я вот поверил, а потом выяснилось, что именно этот роман увязывает друг с другом сразу несколько более ранних вещей Пелевина. Подозреваю, без знакомства с ними от читателя многое ускользнет. От меня, думаю, точно. Так как я принадлежу к той категории читателей, которых не затронул феномен Виктора Пелевина.
Но должен покаяться: лет восемнадцать назад я читал его «Шлем ужаса». Он был написан в рамках международного проекта «Мифы», стоит в творчестве Виктора Олеговича особняком, потому, скажем так, не считается. Кроме «Шлема ужаса» — более ничего. Но не читать книги Пелевина и не иметь представления, про что они, — это не одно и то же. Нужно сидеть в глубочайшем бункере, чтобы не знать, что «Водонапорная башня» про вековую историю России, «Омон Ра» про симуляцию полета на Луну, «Generation "П"» про лихие девяностые, а «Empire V» про вампиров. Точно так же невозможно не знать, что Пелевин несет в массы учение Кастанеды, буддизм и всяческий солипсизм. Конечно, все слышали, что наш герой всю жизнь пишет одну и ту же книгу, но при этом каждый новый роман или сборник хуже предыдущих. Правда, последнее говорят и пишут практических про всех знаменитых писателей, что не мешает тиражу каждой новый их книги быть раскупленным. Но все это тени на стене, зыбко и неясно, вот я и решил-таки познакомиться с творчеством Пелевина поближе. А коль так, внимание не мог не привлечь роман, который якобы идеально подходит тому, кто не читал Виктора Пелевина. Выше уже было сказано, что обманули. Ладно, черт с ним, не будем по этому поводу поднимать лишний хайп.
И вот что ждало меня под обложкой с палеолитической Венерой и сенсорным гомункулом: самый натуральный киберпанк.
Далекое будущее, наша эпоха именуется карбоновой и настолько осталась позади, что кажется миражом. Случилась победа всего того, что сейчас мелькает в новостных лентах. Экологи победили, на территории нашей страны (в романе называется Добрым Государством) воцарилась этакая карикатура на патриархальную Россию XIX века (ту самую, которую мы потеряли): все теперь разъезжают на повозках, Москва застроена приземистыми усадьбами, а в далекой Сибири помещики эксплуатируют хелперов, самых натуральных биороботов. Феминистки тоже победили: теперь у женщин есть нейрострапоны, что позволило, наконец-то, отомстить мужикам за века социального и прочего унижения. А еще всех чипировали и теперь рекламу заливают прямо в мозг. Ну, а самое важное: стало вполне доступно бессмертие. Но не такое, как ожидали в карбоновом веке. После смерти человека его мозг может быть извлечен и помещен в банку, а сознание в это же время погрузится в удивительные виртуальные симуляции. Да-да, наступила полная независимость от обреченного на увядание и смерть тела. Ну, и наступила полная зависимость от компании «TRANSHUMANISM INC.», которая и разработала эту потрясающую услугу. Разумеется, стоит она очень дорого, потому доступна далеко не всем. И даже в виртуальной реальности сохранилось неравенство, в зависимости от финансовых возможностей тот, кто попадает в банку занимает определенный таер, то бишь социальный уровень. Чем ниже ты в этой иерархии, тем выше возможность, что смерть все-таки настигнет тебя, стоит только стать финансово неблагополучным... Но это не мешает всем хотеть попасть в банку. Вот такие вот декорации, понятно, что есть еще множество всяческих нюансов, но пересказывать их все было бы слишком утомительно.
Перед нами роман в рассказах. Семь штук, все связаны, но с начала это не очень ясно. «Гольденштерн все» про сложные отношения, в которые вступил хозяин всей этой виртуальности с обычной русской девушкой, которая, конечно, хотела в банку и была готова ради этого торговать своим телом (несколько не в том смысле, как можно было бы подумать, не зная контекста мира победившего трансгуманизма). «Поединок» про японца, который в этом чудном мире будущего устраивает подпольные бои между проапгрейдженными биороботами (там в какой-то момент пробудятся духи легендарных средневековых воинов, ну, или возникнет такая иллюзия). «Свидетель прекрасного» представляет собой просто описание жизни одного дня молодого москвича из этого нового дивного мира (помимо прочего в ассортимент досуга входит поездка на колесе обозрения «Сансара»). «Бро кукуратор» является тоже описанием одного дня, но в данном случае одного дня главы Доброго Государства (вот и шпионские игрища подвезли). «Кошечка» повествует о необычном виде развлечений в виртуальности (баночникам тоже хочется странного). «Митина любовь» рисует нам картины помещичьей жизни в Сибири со всей убогостью, которую так любили рисовать некоторые наши классики XIX века (и да, Бунин тут вполне себе при чем). «Homo overclocked» является прямым продолжением «Бро кукуратора», тут-то и полезет конспирология и всяческие сведения сюжетных линий не только из рассматриваемого произведения (надо же было книжку как-то закончить).
Острый сюжет для Пелевина не важен, все истории направлены исключительно на то, чтобы продемонстрировать придуманный им мир. Конечно, самое интересное кроется здесь в социальности и символизме, а вовсе не в демонстрации достижений ученых будущего. Это не научная фантастика в привычном смысле слова, тут все повод, а не причина. Но, в конце концов, нас уже не удивишь, что продвинутые технологии станут не отличимы от магии (оглянитесь, они уже почти, по крайней мере, в глазах неспециалиста), а то, что жители банок предстают чуть ли не богами для остальных, предельно очевидно для такого мира. Пелевину этого, конечно, мало, он в прямом смысле запускает повелителя этого мира в виртуальные небеса в виде солнца. Потому очень хочется увидеть здесь совсем иную метафору. А именно: Гольденштерн — это и есть Пелевин, который вынужден каждый год писать новую книгу, чтобы осветить наши скучные жизни и скрасить каждую осень. Полный энтузиазма он начинает работу над новой вещью, но где-то в середине понимает, что все зря, все не совершенно, все убого как-то, и дописывает на автопилоте, что символизирует в некотором смысле его писательской падение (ага, а потом еще надо пережить потоки грязи, которые уже традиционно обрушат на новую книжку критики, но о критиках чуть позже). Возможно, в процессе он зарекается, обещает больше не садиться за компьютер, не пытаться снова, но, конечно, после заката следует рассвет и всякое такое прочее. Но, подозреваю, это я перемудрил, а на самом деле имеется в виду именно то, что на поверхности. Вот глава корпорации стал подобен солнцу и светит теперь всем, не зря же он взял себе имя Атон. Все потому что у богов тоже есть обязанности, чтобы там про них не думали людишки.
Не все рассказы получились удачными, вышли очень разными по уровню и изложения материала, и по уровню идеи. Пожалуй, самым ударным можно назвать «Поединок», в котором Пелевин прошелся по массовой японской культуре со всеми ее безумными штампами, в общем, правильное аниме он смотрит. Самым скучным — «Свидетеля прекрасного». Вот уж где повседневность вызывает зевоту. Самым бесполезным — «Кошечку». Ничего нового для понимания мира она не дает, какой-то, выражаясь языком анимешников, филлер. Самым саркастичным — «Митину любовь». Русская классика выдерживала еще и не такое обращение (вспомним хотя бы экзерсисы от Владимира Сорокина), но вышло вполне забористо, пусть и предсказуемо. Представляющие собой внутреннюю трилогию «Гольденштерн все», «Бро кукуратор» и «Homo overclocked» сделаны мастеровито, но не без изъянов. Тут кроется вся та религиозная и не только мистика, которую можно назвать фирменной фишкой Виктора Олеговича, но могло бы быть и гораздо интересней, если бы не все эти отсылки в предыдущим работам автора. Да, он строит свой огромный мир, но мне, человеку, который практически не читал тексты автора, от этого скорее дискомфортно, чем хорошо. Хотя, возможно, истинные фанаты искренне обрадуются, что Пелевин все-таки всю жизнь пишет одну книгу, вот теперь это стало всем до конца ясно.
Персонажи слишком много говорят и философствуют, в тексте при желании можно найти изрядное количество воды, но, право слово, это не так уж и вредит книге. Самую важную свою цель она отрабатывает на сто процентов: повествуя о будущем, говорит о настоящем. Пожалуй, не нужны все эти тысячи лет, вариант такого грядущего прямо-таки у нас на пороге. Банок пока нет, граждане вроде бы не прочипированы, но особо ситуацию это не меняет. Просто Виктор Пелевин берет все эти современные тренды и доводит их до абсурда. Без всякой злости, которую ему очень любят приписывать критики с какой-нибудь «Афиши», спокойно и отстранено. Там, вообще, есть такая традиция: обвинять Виктора Олеговича во всех смертных грехах. Исключение сделали для новейшего «Путешествия в Элевсин», но старое не могли тут же не припомнить. Приписывая автору шовинизм, мизогению и всякое прочее непрогрессивное, чуть ли не кидаясь ярлыками в духе «О`кей, бумер!», в общем, пытаясь то ли скинуть с корабля современности, то ли просто прицепить к нему буксиром, тамошние критики впадают в такую новую искренность, что прямо неловко за них становится. Они очень хотели бы увидеть в том же «TRANSHUMANISM-е INC.» побольше чувства, но его туда не завезли. Просто Виктор Пелевин ставит перед современной новостной лентой зеркало. Да, кривое, но так лучше видно. И если вы оскорбились тем, что там увидели, то это исключительно ваша проблема. В данном случае стоит задуматься о том, что именно вы, дорогие недовольные, эту самую новостную ленту и наполняете, прости Господи, контентом. Самое занятное в том, что критик Егор Михайлов (да, тема «Афиши» еще не закрыта), сетует на то, что воспринял «TRANSHUMANISM INC.» как многословный, ворчливый, такой злой, что местами даже злобный текст (практически дословная цитата). Тут можно согласиться только с замечанием про многословность. А все остальное... Ребята, это антиутопия (а не только киберпанк). Антиутопия по определению не может быть милой, уютной и ламповой. Хотя, возможно, в данном месте я, с точки зрения таких критиков, становлюсь многословным, ворчливым и немножко злобным. В конце концов, никто не исключает, что новому поколению как раз хочется жить так, чтобы антиутопии не казались таковыми, или хотя бы были милыми, уютными и ламповыми. Я все понял: «О`кей, бумер!». А еще душнила. Но все равно подчеркну: чувства особого я в этой книге Виктора Пелевина не обнаружил, тут больше логики, последовательности, ну, и немного жалости (хотя тоже чувство). Особенно к пареньку из Москвы будущего, который в какой-то момент признается, что он-то понимает все эти современные фемтренды, но жопа никак не может, она у него реакционная (на всякий случай, я тут просто Пелевина чуток перефразировал, чтобы цитату не оформлять кавычками).
Конечно, до знакомства с этой книгой я много слышал о крутых шутках Пелевина, о том, что пишет он очень иронично, прямо никто его в современной русской литературе в этом смысле не переплюнул. Вот не могу сказать, что я прямо-таки смеялся, просто несколько раз улыбнулся. Афоризмы (а ведь молва идет, что Пелевин просто мастер афоризма) не выписывал по одной простой причине: таковых не заметил. А вот от картин будущего (настоящего) содрогнулся. А потом расстроился от всех этих отсылок к другим вещам, надо было все-таки что-нибудь другое для почти первого знакомства выбрать. Но тут уж сам виноват, поверил аннотации. Читалась же книга бойко и быстро, местами захватывала. Заставила кое о чем задуматься. Но, конечно, не про иллюзорность мира, задумываться про это скучно.
Более всего удивляет, что «TRANSHUMANISM INC.» вместе с «KGBT+» и «Путешествием в Элевсин» решили экранизировать. Не знаю про следующие две книги пока трилогии, но уж первую-то... Разве что в виде мультсериала в анимешном стиле. Может, и получилось бы интересно, но вряд ли ребята с «Кинопоиска» окажутся столь креативными. Я тут, правда, не исключил бы, что это просто вброс для подъема продаж. Но если и так, то, пожалуй, не самый удачный. Хотя, конечно, посмотрю, если все-таки экранизация случится.